Право на реабилитацию
К сожалению, для многих реабилитация детей с инвалидностью превращается в годы борьбы, надежды и огромных расходов. В нашем регионе дети из районов вынуждены преодолевать десятки километров ради процедур, которых нет рядом с домом. Но даже когда удается добиться результатов, возникает новый барьер: после 18 лет бесплатная реабилитация для многих становится недоступной. Болезнь не исчезает с совершеннолетием, а потребность в помощи остается на всю жизнь. Так почему путь к реабилитации для одних заканчивается с возрастом, а для других начинается с бесконечной борьбы за возможность её получить? Истории людей в нашем сюжете.
Назым Баймульдинова живет в районе Аккулы Павлодарской области. Ее 9-летний сын Альназар имеет инвалидность первой группы и нуждается в реабилитации с самого детства. В родном селе необходимых процедур нет, поэтому приходилось постоянно ездить в Павлодар.
Назым Баймульдинова, жительница с. Аққулы
«Когда ему годик исполнился мы начали ездить на реабилитацию. Первые 4-5 лет мы вынуждены были приезжать каждый месяц. Нам нужны были массажи, так как он шею не держал, ни спину не держал. Самостоятельно не мог игрушку держать. Не понимал ничего, никакой реакции у него не было. Приезжали каждый месяц, так как у нас в селе, в районной больнице в районном центре не было таких услуг.»
Все эти годы Назым Баймульдинова была вынуждена водить сына в платные реабилитационные центры. За это время семья потратила немало средств, но постепенно результат стал заметен — Альназар окреп, но ребенку по-прежнему необходима постоянная реабилитация. Сегодня семья посещает областной реабилитационный центр, который открылся в 2024 году. Здесь Альназар может получить бесплатно целый комплекс необходимых процедур.
Камила Ибраимова, врач-реабилитолог областного реабилитационного центра
«К нам обращаются дети с церебральным параличом. С тяжелой, легкой, средней степени приходят. Мы конечно стараемся поддержать. Оказать всю помощь, которая у нас имеется. С районов к нам да часто приезжают к нам направляют детей с такими особенностями, они у нас получают курс и через время приходят на повторный курс, через 3-4 месяца.»
Для семей из районов отсутствие специализированной помощи означает дополнительные расходы, долгую дорогу и поиск жилья. А ведь эффективность реабилитации во многом зависит именно от регулярности.
С проблемой реабилитации столкнулась и Гульжазира Шалахаева. Ее дочь умерла, и внука с инвалидностью они с мужем взяли на воспитание. В прошлом году мальчику исполнилось 18 лет. Теперь реабилитация ему доступна только на платной основе. Конечно, занятия дают улучшения, и прекращать их нельзя, но на одну пенсию особо не разгуляешься, делиться пенсионерка. Поэтому дедушке приходится продолжать работать, чтобы оплачивать необходимое лечение и реабилитацию внука.
Гульжазира Шалахаева, жительница Павлодара
«Диагнозом ДЦП, он самостоятельно не ходит, при поддержке только ходит. Мы на реабилитацию только на платной основе ходим везде. Реабилитация у нас есть, но нас никуда не берут, только на платной основе. Без реабилитации никак нам, суставы болят у него. Плавания нет, никуда не берут его. Массаж нужен, лфк нужен нам, бассейн – самые нужные процедуры, нас не берут нигде».
Потребность в реабилитации после 18 лет никуда не исчезает. Напротив, регулярные занятия в специализированном центре помогают сохранять уже достигнутые результаты и поддерживать качество жизни молодых людей.
Артём Боровиков, руководитель клиники медицинской реабилитации
«Государство очень много сделало для того, чтобы до 18 детки у нас получали реабилитацию. У нас есть проблемы с районами, потому что это не целесообразно в районе делать реабилитацию. Мы не сможем собрать специалистов, не оснастить и т.д. Но после 18 лет законодательно к сожалению, не предусмотрено что с ними делать. У нас на самом деле не хватает реабилитационных центров. У нас не хватает количество посещений. То есть на всю область у нас, например, несколько центров, а инвалидов у нас очень много. Потому что ДЦП это мало того, что врождённый диагноз, так он еще и пожизненный.»
Пока доступ к помощи зависит от возраста и места проживания, семьи продолжают бороться не только с диагнозом, но и с системой ограниченных возможностей, чтобы их дети могли жить полноценно и не терять надежду на лучшее будущее.
Галина Трощева